kowka-51r
Я выросла, но не повзрослела
Молочный коктейль

«Знаешь как пахнет старость? Нет ни медом и хлебом как пишут поэты. Пахнет старость ужасно... старыми тряпками и унынием. От старости за версту таращит опустошением, тоской и безысходностью. Этот запах душит остатки естества, ничего не оставляя для радости.
Когда-нибудь я доживу до того дня, что почувствую этот запах на себе и это будет худшим завершением моей жизни. Это самое суровое наказание, выбранное небом для меня».
Мигнула вспышка фотоаппарата, выбелив листья кустарника на мгновение. Сури вздрогнула, и только что заполнявшие ее мысли погасли.
Тонкими полосами разметки уходило в сопку прямое какое-то неизбежное полотно моста, разделяя пульсирующую артерию залива надвое. С одной стороны, оставался завод с сигарами труб, дымящими в небо и сточными водами, с другой стороны, темная, порой даже кажется густая вода неспешно двигалась, вылизывая днища пароходов и доков.
Солнце рыжей улиткой заползло за облака, чтобы хоть как-то обозначить приход ночи. Сури улыбнулась...Ночи, которую она так долго ждала, и которую теперь боялась пережить. Она посмотрела на своего спутника. Она знала, что все идет не так, что вот тут... теперь... надо поставить точку и уйти, не разрушая до пепла все. Она знала это... и может на мгновение даже решила отступить, но только на мгновение.
Пятак блочных девятиэтажек, серой громадиной тянулся к небу. Сури шла чуть сзади, будто оставляя себе шанс к отступлению. За все эти прошедшие недели ее спутник стал ей другом, которого она потеряет после этой ночи, и которого она готова потерять ради самой ночи.
Не раз она проигрывала этот сценарий у себя в голове. Вот они встречаются, говорят друг другу «привет» как будто виделись только вчера... повисает неловкая пауза. Что дальше? Сури этого не знала, она никогда не проигрывала сцену дальше. Или другой сюжет: он целует ее долго, властно, жарко как давно никто не целовал. Сейчас она готова на все ради него. Но что дальше? Снова пустота, обрывки сцен с обнаженными телами.
Его смуглое, стройное, притягивающее и ее... почему-то красивей, чем на самом деле.
Сури щурится как сытая кошка и запрещает себе думать об этом.
Сейчас все иначе. Рядом реальный человек. До него можно дотронуться, увидеть его улыбку, ощутить его запах и нет рядом спасительной линзы монитора, за которой можно спрятаться. Сейчас все по-настоящему. Интернет-пространство сменилось реальностью. Здесь нельзя дать себе минуты на размышления или отправить смайлик вместо фразы. Здесь нельзя ненадолго отключиться, сказав потом, что выкинуло из сети. Здесь выкидывает раз и навсегда. Здесь сказка заканчивается. И ее сказка уже подходила к концу. Сури очень бы хотелось прочитать ее вновь, но к сожалению она сама выбрала эту встречу как финал.
«Знаешь почему я с тобой? Смешно звучит, я могу разговаривать с тобой о книгах. Мне с тобой просто. Там на небе нам посылают людей. Которые помогут в тот или иной период жизни. Наверно мне послали тебя, и ты был со мной, когда мне было совсем худо. А теперь мне хорошо и ты конечно должен уйти. А я? Все станет как раньше, и жизнь станет такой как до тебя. И я сумею тебя забыть... наверно. Хотя нет наверно я буду помнить тебя всегда».
Вот и пришли...
Что?
Пришли.
Да.- кивнула Сури и прошла в квартиру.
Я тут только сплю. Друг одолжил на пару дней ключи.
Сури снова кивнула, рассматривая себя в большое зеркало в коридоре. Конечно, не это она бы хотела видеть, но сейчас она такая какая есть. Сури проходит в комнату, садится на диван. Он убирает остатки дневной встречи с друзьями, пустые бутылки, пачки из-под чипсов, какие-то фантики. Она улыбается. Нет, не ему. Просто его суета вызывает улыбку. Он открывает вино, включает телевизор. Они говорят на какие-то пустые, глупые темы, но ее это устраивает. Пусть...пусть на пустые...пусть на глупые. Какая разница?! Она просто слушает его голос. Рассматривает его с такой нежностью, которую ему никогда не понять. Да и некогда понять. Через пару дней он уедет, только вот из жизней друг друга они выпадут еще до этого. Через пару часов все закончится навсегда.
«Знаешь как я ждала этой встречи? Как наверное ждут самого желанного подарка. И я безумно счастлива сейчас и безумно несчастна. Как может быть несчастен человек, который страстно чего-то желал... И получил... И потерял... И это не только не повторится, но и ничего похожего уже не будет. Как жаль, что не могу сказать тебе об этом. Как жаль, что не могу».
Сури гладит его волосы. Он привлекает ее к себе и целует. Долго...жарко... Как она представляла. Она уже не может остановиться, его кожа под ее пальцами такая нежная, губы такие горячие, а шепот такой волнующий. Еще секунда и их тела станут единым целым. И на это время все перестанет иметь значение.
Все потеряет смысл, кроме его близости. Кроме его рук и его дыхания рядом. А потом она уйдет. Уйдет навсегда... Они уже никогда не увидятся и он ей не позвонит. Они перевернут эту страницу в дневниках своих судеб.
Она просто скажет ему «пока» возле лифта и помашет на прощание рукой. А он пообещает ей позвонить...завтра. И они улыбнутся друг другу, зная, что он не позвонит.
Привет! Как прошел твой день? Скинула новые фотки?.. Классные. Чем занимаешься сейчас?
Сури улыбается. Глупый вопрос, но тут это нормально.
Пью молочный коктейль!- быстро набирает она на клавиатуре, ставит несколько смайликов подряд.
Снова улыбается...
«Знаешь, чем хорош интернет? Ты любил меня такую какую придумал себе. И ждал меня, придуманную тобой. А встретил меня настоящую, такая какая я есть, без совершенных, дорисованных черт. Там, в интернете, я была самой желанной, без недостатков».
Молочный коктейль?
Ее новый друг по виртуальному пространству, пока что ей безразличен. Но она всё же отвечает ему.
Да, молочный коктейль... с клубникой.
Она допивает свой уже остывший чай и ставит пустой стакан на стол.

Налог на кошкины слёзы...

Она встретила его случайно, хоть и знала, что случайностей не бывает. Они не виделись пару лет...или меньше??? Наверное меньше. Вроде он был зол на неё, или успел простить? Она не помнила этого...сейчас все её мысли были заняты другим.
Привет! - он был рад.
Да точно рад... значить всё таки простил.
Как давно кажется они были друзьями. Друзьями? Нет...Просто одно время он был рядом и обманывался, что он её друг или даже кто-то больше. Он улыбнулся и поцеловал её в щеку.

- Не делай так.

- Почему?

- Потому, что я решу, что это нежность.

- Это нежность.

Она засмеялась. И повторила
Нежность, - будто пробуя слово на вкус. - Нежность.
Приходи в гости вечером, ты же не забыла где я живу?
Она кивнула...Ведь она и правда не забыла.

- Приду

Клетчатое одеяло, будто кораблик после шторма, терпел на себе присутствие её тела. Запах сигаретного дыма, настолько заполнил всё вокруг, что перестал существовать вообще, создавая горькую, липкую субстанцию заменяющую воздух. Было за полночь...уже далеко за полночь. Они сидели на полу спиной друг к другу. Как когда то давно, когда ей надо было выговориться, а смотреть в глаза она ему не могла, потому как знала, что сейчас причинит ему боль. Он всегда слушал её с тем странным выражением лица, с которым дрессировщик обычно засовывает голову в пасть к тигру.
Она говорила неспешно..часто останавливаясь будто, что-то вспоминая или подбирая слова.

- Пройдёт совсем немного времени, и в его мыслях не останется даже крупинки воспоминания о встрече со мной. Еще несколько дней и всё. Останется только его....его работа, его друзья, его враги, для меня, увы, нет места, слишком уж много его. Слишком много вокруг моего, мой город, мои воспоминания, мои встречи и разлуки, мои обманы и моя вера, для него тоже не остаётся места. Зачем это всё?

- Кто знает.

- Наступит день, когда не будет и нас. Нет, конечно, мы будем, только это будет он, и это буду я. И тогда появится место для него, он будет моей болью.

Он улыбнулся..как грустный клоун.

- Боль пройдёт...Он станет твоим секретом, одним из того немногого, что ты так ревниво хранишь от всех. Он будет даже тогда, когда в тебе ничего не останется от меня.

* * *

Было сыро и жарко, как бывает только в Крыму после дождя. Мансур шёл тёмной аллеей, наслаждаясь редкими минутами одиночества. Где-то впереди шумело море. Волны как собачёнки накидывались на волнорезы и пенно скатывались на ракушечник. Он остановился...закурил...достал из кармана мобильный. Может позвонить? Хотя нет...звонить он ей не хотел, хоть и знал что она ждёт.
Низкие аллейные фонари разливали на асфальт лужи жёлтого света. Мансур выпустил вверх голубую струйку сигаретного дыма и в который раз подумал, что пора бросать.
И как так получилось, что их судьбы пересеклись? Этого не должно было произойти. Он ведь не раз сталкивался с ней до их последней встречи и всегда избегал знакомства. Конечно ничего страшного не случилось, но какой то внутренний дискомфорт не покидал его. Толи это было чувство вины, за то что его интерес к ней угас. А может разочарование, ведь на самом деле он знал, что так получится. Он посмотрел на старый плакат для отдыхающих, настолько патрёпанный, что русалка на нем нарисованная лишилась части хвоста.
....А она ведь тоже похожа на русалку.
А может, и правда была русалкой, в той, в другой жизни? Зелёной, холодной и мокрой. Путалась в серых, длинных волосах и била на мелководье хвостом. Он улыбнулся представив её в зелёных чешуйках, с водорослями в длинных волосах...
Докурил...встал и пошёл по аллее к морю.

* * *
Ночь безцеремонно обрушилась на северный город. Не черной разлившейся тушью как на юге, а акварельной серостью она забиралась в подъезды и души.
Начался дождь. И оттого ей стало очень комфортно, потому как и снаружи было точно так же как и у неё внутри. Капли дождя сотнями бились в окно, разбивали свои прозрачные тела о жесть подоконника. От этого ни кому не видного, и ни кем не замеченного крохотного акта самоубийства, стало шумно, но шум этот ласкал слух. Они попрежнему сидели спиной друг к другу. И ни у кого ни возникало желание повернуться. У неё потому, что она не могла смотреть ему в глаза и продолжать говорить о другом. У него потому, что он не хотел смотреть ей в глаза когда она говорит о другом. Её слова наполняли сумрак комнаты, мешались с шумом дождя и запахом сигаретного дыма.

- Ведь я представляла себе как в кино. Но было иначе, два тела кидающихся в вечном желании на встречу, друг другу и на авось…авось и получится, авось и будет так же горячо. Но нет... только одно желание, чтобы ноги стали рыбьим хвостом, и его понимание, что я это не она, и никто не сможет заменить её. Да лучше бы и, правда, хвостом...рыбьим, холодным и мокрым…Лучше бы хвостом. Чтобы бить им на мелководье и путаться в серых длинных волосах.

- Ничего... наступит новый день, и мыслям, которые окружают тебя сейчас, просто не останется места.

- Нет...Вспоминая иногда настолько важны для меня, что не будь их, жизнь потеряла бы смысл. Я живу прошлым порой, но так ли это важно? Не знаю. И пусть те, кого я вспоминаю, уже давно забыли меня, я буду помнить их еще очень долго. Близких людей, не важных людей, ушедших людей. Я буду помнить их такими, какими они были, какими я запомнила их, видя в последний раз. Такие разные, такие не похожие, такие добрые ко мне и такие не справедливые. Каждый из них имел право любить меня и ненавидеть, обманывать и разочаровывать, презирать и восхищаться, и уж тем более у каждого из них было право забыть меня.
Он кивнул глядя в серый проём окна, может соглашаясь, а может просто для того чтобы ничего не отвечать.
Он молчал, она тоже, и только ночь тихонько постукивала каплями дождя по сонному тротуару. Лучистые окна ночных домов зябко ёжились тюлевыми занавесками пряча за собой чужие секреты.

* * *
Утро встретило шумом прибрежных кафе, июльской духотой и обещанием, что все будет хорошо. Курортное солнце бичевало приезжих своими палящими лучами. Асфальт уже не вынося температуры как-то обмяк и без протеста принимал подошвы и шины. Его тягучий, неприятный запах мешался с солоноватым морским духом. Бронзовые и еще совсем белые тела приезжих составляли какую то необычную партию в шахматы.
Мансур сидел на лавке у небольшого магазина и ел мороженное. Мимо него проплыла цветная стайка молоденьких девушек и он невольно проводил их взглядом...
Мяу...
Мансур посмотрел вниз и увидел серую, полосатую кошку.

- Привет,- он положил оставшийся кусочек мороженного возле неё, - ешь..вкусно.

Кошка принюхалась и начала слизывать мороженное с оберточной бумаги.

- Вот ты мне скажи, она там купальник выбирает или машину?

Кошка подняла свою умную мордочку и посмотрела на него долгим немигающим взглядом. В её зелёных глазах мелькнуло отражение неба, кошка зажмурилась и принялась вылизывать шерстку. В дверях магазина появилась смуглая блондинка и направилась к нему.

- Ну, что пошли?!

- Да,- он поднялся и еще раз посмотрел на кошку.

Та сев копилочкой напоминала маленький этрусский идол, её зеленые мендаливидные глаза слезились от солнца, и казалось что ей уже сотни лет. Что она уже была тут когда еще ничего вокруг не было.

- Смотри будто плачет.

Блондинка улыбнулась и потянула его за руку...

- Это кошка...они не умеют плакать.
Мансур и его спутница пошли через парк к морю, а кошка сидела и смотрела им в след...
* * *

Иногда ничего не хочется. Ни дышать, ни думать, не говорить. Просто стать растением...бездушным, бездумным.
Или сердце?! Вытащить сердце из груди, чтоб там внутри стало пусто, а боль и обида исчезли. Или орать и сбивать в кровь кулаки, чтоб стало легче.
Но..нет. Терпишь. И продолжаешь улыбаться когда хочется плакать ... И живешь дальше, суетишься продолжаешь начатые дела, когда хочется остановиться. Стать ничейной, никчёмной.
И задумываешься над тем, что же такое безвыходность...
Безвыходность – это когда соглашаешься на дружбу, а хочешь любви. Это когда, чтобы хоть как-то быть рядом, соглашаешься быть тенью. Когда теряешь или ломаешь свой внутренний стержень и просишь хоть немного внимания. А хотелось звезд, неба, космоса которые ты меняешь на крупинки его нежности.
А гордость?! Ей просто не остаётся места...всё в тебе занимает грусть.


Было лето 2009 года. Мансур сидел в кафе аэтопорта, за огромным окном витриной...угрюмые, пологие сопки упирались прямо в горизонт... Север... серый, мрачный, враждебный, но такой знакомый, что хотелось закричать от переполняющих эмоций. Вот только друзья задерживались, но обещали быть через десять минут.
Он не общался с ней уже год. Почему он решил позвонить ей сегодня он не знал, просто набрал её номер и через секунды услышал её детское,

- Привет.

- Привет, - отозвался он, - может увидимся?

- Конечно, - сразу согласилась она.

- В 22.00 подойдёт?

- Ладно.

Он отключился и подошёл к барной стойке, чтобы купить сигарет, а вместо этого сказал...

- Молочный коктейль,- и подумав добавил, - с клубникой.

Брусничный город.

Сурия подошла к окну. Северный город спал. Поклёванный ржавчиной и мхом, он мерно дышал мелкой моросью и туманом от залива. Будто крошечные, трудолюбивые жуки, возились в порту погрузчики у огромных куч угля, мигая жёлтыми сигнальными лампами маячками. Сурия смотрела в окно и пыталась понять, что она чувствует сейчас. Радость? Грусть? Тоску? Но не волнение…оно уже прошло и на смену пришёл пусть не покой, но что-то сродни.
Она открыла окно, впустив в кухню звуки и запах города…Пахло дождём и брусникой, она подалась немного вперед подставив лицо ветру, он играючи коснулся её еще какими то ароматами…цветов, земли, травы, сюда же примешивался нефтяной запах залива. И Сурия улыбнулась…она умеет быть счастливой. Она счастлива, что чувствует всё это. Что такие простые на первый взгляд вещи приводят её в восторг. Его присутствие рядом заставляет её сердце дрожать. Её душа как на качелях, то взлетает и в груди становится тесно, то вдруг обрывается вниз и будто нечем дышать. Она проживает сотни микро жизней, таких настоящих, заполненных неподдельным восторгом и самой жгучей печалью. Она умирает в своих потерях каждый раз в агонии, каждый раз будто кусочек её самой умирает совсем…безвозвратно. И эта тлеющая, агонизирующая частица ломает тело и душу...чтоб потом создать антидот, и хоть немного защитить себя от новых ран.
Сейчас она так много хочет ему сказать….Как в кино взять его руку, и просто передать ему всё, что не может передать ни какими словами….чтоб он вдруг понял как важен для неё. Но вместо этого она просто смотрит и молчит.
Ни время ни расстояние для неё ни имеют значения. Ей ничего не надо от него…достаточно того, что он существует. Он никогда не поймёт почему он ей дорог, она никогда ему не сможет этого объяснить…ведь она и сама не знает. Иногда любят не за что-то, а вопреки всему.
Она знает, что будет дальше…Но сейчас в этом брусничном городе всё дышит для неё. Скоро Петербург, прошитый нитями каналов, и лентой Невы ворвётся в неё своей неповторимостью, и длинные темные волосы тяжёлые от Питерской влаги будто змеи оплетут её и спрячут от мыслей, и она сидя у самой воды, на каменных блоках сковавших Неву может заплачет…Так …для порядка…Ведь надо же ей самой понять как ей сейчас одиноко…Но это всё будет позже, а сейчас их маленький, северный город…прячет их мысли в коробку со звёздами.

* * *
Они обнялись и она отошла на шаг…

- Ну что?! Пока!
- Пока… - она улыбнулась и сделала еще шаг назад, он тоже медленно уходил.
Почти у самого поворота он еще раз обернулся и помахал ей, она ответила тем же. После уже шла не оборачиваясь, не думая и не чувствуя…
В голове было пусто и тихо…вдруг подумалось, что для пущего эффекта не хватает перекати – поле… она улыбнулась…ну почему иногда думаешь не в тему такую фигню? … И вспомнила стихи в тему.

Никто ничего не отнял.
Нам здорово, что мы врозь.
Целую тебя через сотни…
Разъединяющих вёрст.

Печальней и безповоротней,
Никто не смотрел тебе вслед,
Целую тебя через сотни…
Разъединяющих лет.

@темы: Сурия, Фантом